Райдер умел ошеломить своих собеседников. Он принадлежал к тому типу людей, встречающихся в обществе, кто воспринимает радикальные идеи ради того, чтобы привлекать к себе общее внимание. Ему, человеку, пользующемуся блистательным успехом в определенной общественной среде, доставляло особое удовольствие развенчивать ее идеалы и условности, показывая тем самым, как мало ценит он этот успех. Это развлекало всех, кто сидел за столом, но Монтегю думал, улыбаясь, как мало Райдер похож на директора крупного, процветающего банка, каким обычно его себе рисуют. Когда гости перешли в гостиную, в довершение к такому несоответствию Райдер сел за рояль и исполнил фрагмент из какой-то русской сюиты.

Потом Монтегю видел, как Райдер и Люси Дюпрэ вышли в зимний сад. Оба они оказались лишними за карточными столами, и это их извиняло. Тем не менее все время, пока Монтегю сидел против миссис Олден и давал ей себя обыгрывать, он испытывал некоторое беспокойство.

Когда партия в бридж закончилась и можно было выйти из-за игорного стола, он застал Люси, сидящей у фонтана. Стоя подле нее, Райдер что-то рассказывал. Ее глаза устремлены были куда-то вдаль.

- Сегодня вы познакомились с интересным человеком, - сказал Монтегю, когда они сели в коляску.

- Это самый необыкновенный человек из всех, кого я когда-либо встречала, - с живостью ответила Люси. - Пожалуйста, расскажите мне о нем. Вы хорошо знакомы?

- Слышал кое-что, но сталкивался только на деловой почве.

- Правда, что он так богат?

- У него несколько миллионов, и я полагаю, что он пустил их в дело. Говорят, Райдер очень смелый биржевой делец.

- Делец! - воскликнула Люси. - А я думала, директор банка!

- Если вы поживете в Нью-Йорке подольше, то поймете, что в этом сочетании нет ничего несовместимого.

Люси замолчала, несколько пораженная этим замечанием.

- Мне говорили, - улыбаясь, добавил Монтегю, - что даже жена Райдера не держит свои деньги в Готтамском тресте.